Несмотря на массированные воздушные удары и громкие заявления Вашингтона и Тель-Авива о полном уничтожении иранской авиации, Тегеран сумел уберечь до двух третей своего боеспособного парка. Данные объективного контроля и спутниковые снимки OSINT, появившиеся после вступления в силу режима прекращения огня, указывают на то, что Иран сознательно пожертвовал активностью тактической авиацией в воздухе ради стратегического сохранения авиатехники в подземных укрытиях и сейчас расчищает завалы входов, где базируется тактическая авиация.
Ключевую роль в выживании иранских ВВС сыграла доктрина «крепостного базирования». Командование ВС Ирана с первых часов конфликта, начавшегося 28 февраля 2026 года после провала ядерных переговоров, отказалось от ввода авиации в заведомо проигрышный бой с превосходящими силами американо-израильской коалиции.
Практически весь исправный авиационный парк, включая недавно полученные от России ударные вертолеты Ми-28НЭ, истребители F-4 Phantom и российские самолеты, был рассредоточен и заглублен в горные массивы. Ключевым объектом инфраструктуры выступила база Oghab 44 («Орел-44») в провинции Хормозган, способная вмещать около двух десятков машин с полным боекомплектом и обеспечивать их обслуживание в условиях изоляции.
В 2024 году Россия поставила в Иран учебно-боевые истребители Як-130, а в 2025 году — многоцелевые Су-35. В сентябре 2025 года сообщалось о дополнительных поставках истребителей МиГ-29 из наличия ВКС России для усиления ПВО Тегерана. Судьба парка этих самолетов неизвестна, а источники не сообщали о выводе из строя этих машин в ходе американо-израильской компании марта-апреля 2026 года.
Анализ спутниковых снимков показывает специфику и уязвимость данного подхода. Хотя удары коалиции пришлись в основном по открытым стоянкам, радарам и устаревшей технике, воронки у входов в тоннели «Орла-44» подтверждают попытки заблокировать самолеты под землей.
При этом взлетно-посадочная полоса базы оказалась перекрыта насыпями, вероятно, самими иранцами для предотвращения высадки десанта противника, что создало ситуацию, при которой техника уцелела, но была выведена из игры: любая попытка выруливания из тоннеля на открытую взлетную полосу в период активных боевых действий означала немедленное уничтожение ракетами или истребителями противника.
Аналогичная логика была применена и к наземным средствам ПВО, перемещенным КСИР в сеть подземных стартовых позиций. Согласно открытым сводкам, потери Ирана в воздушном флоте за время конфликта составили 38 летательных аппаратов, большая часть которых находилась на открытых площадках или маршрутах перебазирования.
Решение иранского Генштаба, озвученное генералом Багери еще в 2023 году, полностью оправдалось: инфраструктура выдержала первый удар, и сразу после объявления перемирия иранские истребители вновь появились в воздушном пространстве страны.
Сохранение боевого ядра авиации позволяет Тегерану восстановить контроль над небом в поствоенный период, однако конфликт наглядно продемонстрировал, что способность самолета пережить бомбежку в тоннеле не равна возможности выполнять боевые задачи во время нее.
